Как воевали легендарные партизаны-разведчики

Катастрофические первые дни Великой Отечественной заставили резко изменить режим работы всей советской государственной системы. Страна словно бы оказалась в положении человека, внезапно получившего тяжёлые травмы - как физические, так и психологические, после которых ему ещё пришлось "включить" форсированный режим действий, означавший одно - сверхнапряжение всех сил.

Судьба, по существу, поставила перед страной предельно простую и жёстокую альтернативу: выдержать новые обстоятельства либо погибнуть.

В подобном положении очутилась и советская внешняя разведка. Ведь ситуация "горячей" масштабной войны, что предполагает проведение прифронтовых и зафронтовых действий, - это в большей степени стихия военной разведки, диверсионно-разведывательных и партизанских формирований. Но было необходимо "подставлять плечо" и без промедления встраиваться в новейшие обстоятельства.

Советская внешняя разведка в условиях войны

Уже около 6 часов утра 22 июня руководитель Советской политической разведки (1-е управление НКГБ СССР) комиссар госбезопасности 3-го ранга Павел Фитин получил приказ привести в боевую готовность весь аппарат иностранного отдела. 

Павел Анатольевич Судоплатов, который к началу войны был заместителем начальника 1-го (разведывательного) управления вспоминал, что как раз Фитина не было в это время в Москве.

Он проводил за городом встречу с агентурой. Всех сотрудников разведки срочно собрали, отпускникам прервали отдых, а вся Служба была немедленно переведена на военный режим. Внешняя разведка получила под Москвой несколько новых объектов со вспомогательным персоналом для развёртывания радиоточек.

Разведывательно-диверсионная работа в тылу врага

Отныне главной задачей разведки стало развёртывание разведывательно-диверсионной работы в тылах фашистских войск. Её сформулировал уже в середине первого дня войны Л. Берия, вызвавший Судоплатова вместе с Фитиным: "…Пошлите ответственных работников. Переведите их сразу на нелегальное положение. И приступайте к разведывательной работе в соседних странах. Создавайте диверсионные группы, разворачивайте диверсионную работу".

Берия также уточнил, что кроме работы на Западе против немцев, такую же подготовку необходимо провести на Дальнем Востоке, на случай вступления в войну Японии. Сразу же началось формирование диверсионных групп. Главными направлениями на Западе, по свидетельству Судоплатова, на тот момент были определены: киевское, минское, одесское и херсонское, а также граница с Румынией.

Начальники всех управлений и самостоятельных отделов получили указание оказывать разведке помощь во всей этой работе, включая передачу агентуры и связей. Одновременно начались мероприятия по подготовке к работе на Дальнем Востоке против Японии - главного союзника Германии в Азии. Были подобраны опытные японисты с отличным знанием языка. После войны, когда секретность с этой темы была снята, Судоплатов высоко оценивал профессионализм созданных групп дальневосточников. Среди них была и специальная группа, полностью состоящая из корейцев.

Да и внутри аппарата разведки работали большие знатоки Дальнего Востока: Зоя Ивановна Рыбкина, Наум Исаакович Эйтингон, который великолепно знал как самого противника, так и условия жизни и работы в Маньчжурии. В 1930-х годах он был одним из руководителей специальных операций разведки за рубежом.

Кроме того начали искать и привлекать к работе опытных дальневосточных партизан времён Гражданской войны. В частности, Алексея Кандиевича Флегонтова - организатора партизанского движения на Дальнем Востоке.

Восстановление партизанского движения и кадровый кризис

Позже, когда была получена точная информация о том, что Япония не собирается вступать в войну с СССР, появилась возможность перебросить на фронт для борьбы с немцами дополнительные силы армии и разведки. А. Флегонтов возглавил партизанский отряд "Боевой", действовавший с декабря 1941-го в Подмосковье, а позднее - целую партизанскую бригаду "За Родину". Её зоной ответственности был ряд областей Белоруссии и некоторые районы Украины.

Практически всё приходилось делать с нуля. Ведь партизанских баз и арсеналов на обширных территориях, занятых немцами в начале войны, уже не было. В конце 1930-х их расформировали по нескольким причинам. Одна из них - господство теории ведения будущей войны "малой кровью на чужой территории". Сама идея заблаговременной подготовки диверсионно-партизанской войны считалась "пораженчеством". Подготовленные на случай войны резервы были расформированы, закладки оружия и боеприпасов изъяты. Кроме того в рамках политических процессов 1937-1938 годов погибло много руководящих партизанских кадров. Ведь активными участниками "партизанского проекта" были крупные военачальники - Якир, Уборевич, Берзин, Егоров, попавшие в число "врагов народа": Сталин опасался, что у оппозиции окажутся спецы, владеющие тактикой и техникой диверсий.

Судоплатов и Эйтингон, собравшись с духом, предложили руководству органов освободить из тюрем бывших сотрудников разведки и госбезопасности. По этому поводу много лет спустя Судоплатов вспоминал: "Циничность Берии и простота в решении людских судеб ясно проявились в его реакции на наше предложение. Берию совершенно не интересовало, виновны или невиновны те, кого мы рекомендовали для работы. Он задал один-единственный вопрос:

- Вы уверены, что они нам нужны?

- Совершенно уверен, - ответил я.

- Тогда свяжитесь с Кобуловым, пусть освободит. И немедленно их используйте".

Формирование и действия специальных партизанских отрядов

И всё же 1941-й год оказался труднейшим "разгонным" периодом. Именно тогда, ближе к осени начали появляться партизанско-диверсионные отряды и "зафронтовые резидентуры". Линия фронта менялась невероятно быстро. То, что ещё сегодня считалось своим тылом, через несколько дней зачастую уже было тыловой зоной врага. Наиболее высокие показатели боевой деятельности были как раз у подготовленных на "Большой земле" и лучшим образом вооружённых партизан. Они же несли на порядок меньшие потери. Так, если "инициативные" - стихийные - партизанские отряды в самом тяжёлом 1941-м году потеряли намного больше половины людей, то "спецы" - не более 10 процентов.

Один из первых специальных отрядов "Митя" сформировали в августе 1941-го. Его командир - капитан госбезопасности Дмитрий Николаевич Медведев - в начале войны написал письмо Сталину, в котором дал развёрнутые предложения по проведению разведки и диверсий в тылу немецких войск. Письмо понравилось, и предложение о заброске в тыл к немцам компактных разведывательно-диверсионных групп было принято. В августе около 40 человек под командой капитана госбезопасности Медведева приступили к делу. До конца января 1942-го специальный оперативный отряд "Митя" "работал" на территории трёх областей - Брянской, Орловской и Смоленской, "за спиной" крупнейшей группировки фашистов на Восточном фронте - группы армий "Центр". Его "внутреннее" и секретное название - "разведывательно-диверсионная резидентура номер 4/70" - не оглашалось открыто на протяжении всего советского периода истории. Кроме ведения разведки и диверсий "Медведевцы" выявляли вражескую агентуру, которую немецкий Абвер пытался внедрять в "обычные" партизанские формирования.

Однажды до отряда Медведева добрались два худых, измождённых человека в сильно поношенной форме Красной армии. Назвались окруженцами и поведали обычную в той ситуации историю: были в плену, бежали из лагеря, бродили и вышли на отряд. Медведев как опытный чекист оставил их при отряде, но окружил своими людьми, которые стали наблюдать за новичками. Через несколько дней первый из них вдруг сам пришёл к командиру и "раскололся", признавшись в том, что он агент Абвера, и подробно рассказал о своём задании. Дальше последовало самое главное. Он сдал своего товарища, который был тайным агентом гестапо, имевшим самостоятельное, более глубокое задание. После долгого отпирательства второй тоже сознался. Однако чекистам в конце концов удалось установить, что всё это - оперативная комбинация немцев, с тем чтобы, пожертвовав одним агентом, сохранить другого, "заработавшего" таким способом доверие у партизан. На самом деле его главной задачей была ликвидация партизанского командира. В конце концов обоих предателей ликвидировали.

Отряду "Митя" приходилось бороться и с ложными партизанскими отрядами, которые создавали сами же немцы из числа предателей. Это была серьёзная опасность.

Партизанское движение и его стратегическое значение

В 1942 году - после разгрома фашистских армий в битве за Москву в связи с расширением деятельности по организации партизанских отрядов и диверсионных групп в тылу противника Приказом НКВД СССР от 18 января 1942 года было создано 4-е управление НКВД. Его начальником был назначен Павел Судоплатов.

Сотрудники 4-го управления действовали на оккупированной территории. Это были как самостоятельные группы, так и группы в составе партизанских отрядов, некоторые из которых превратились в прифронтовые резидентуры. Они добывали разведывательную информацию о планах командования вермахта на Восточном фронте, подготовке стратегических и оперативных операций противника, перегруппировках войск. Важнейшей задачей было проникновение в немецкие разведцентры, уничтожение предателей и террор против крупных функционеров оккупантов.

Отряд Медведева отмечался в донесениях НКВД, направляемых "на самый верх". Так, лично Берия в докладе в Государственный Комитет Обороны (ГКО) 1 января 1942 года отмечал как особые достижения "Мити" на железной дороге в районе Сухиничи - Рославль на Брянщине. В самый разгар Московской битвы, начиная с 25-го декабря, партизаны Медведева на много дней прервали железнодорожное сообщение фашистов с фронтовыми соединениями. Эта операция имела стратегическое значение, поскольку как раз там находились мощные танковые резервы немцев. Они имели задачу окружить в районе Брянска и Вязьмы главные силы Красной армии, которые прикрывали Москву с запада. Благодаря спецотряду этот замысел провалился.

Отряд "Победители"

В начале 1942-го Медведев вернулся на некоторое время в Москву. Был обобщён новейший опыт диверсионно-партизанской борьбы с врагом, который он изложил письменно. Многое из этого легло в основу организации системного партизанского движения в тылу немцев в условиях жёсткого и продуманного фашистами, казалось бы до мелочей, режима оккупации. Один из ключевых выводов заключался в том, что в подобной обстановке надо создавать прочную базу для действий небольших групп. Ею могут быть только крупные партизанские формирования, поддерживаемые из центра, в том числе материально-технически. Одной из таких баз стал новый оперативно-разведывательный отряд, получивший название "Победители", которым командовал Медведев с июня 1942-го до конца весны 1944-го.

Отряд действовал в глубочайшем тылу немцев - в ряде областей запада Украины. В числе бойцов "Победителей" было много антифашистов и интернационалистов: поляков, болгар, чехов, венгров и даже испанцев. Бойцом отряда стала испанка Африка де Лас Эрас. Тогда ей шёл 31-й год. В будущем она окажется выдающейся советской разведчицей-нелегалом под псевдонимом "Патрия". Она приехала в СССР ещё в конце 1930-х, после победы фашистов в гражданской войне в Испании. С первых дней войны Африка добивалась отправки на фронт. Её направили на курсы радистов, которые она закончила с отличием. Отправка Африки в отряд "Победители" оказался её первым назначением.

30 мая 1942 года был создан Центральный партизанский штаб, координирующий действия отрядов на всей оккупированной территории. Движение крепло день ото дня. Однако директива НКВД от 13 июля 1942-го исключила передачу под контроль Штаба разведывательно-диверсионных групп специального назначения, разведагентуры, резидентов в тылу у немцев, курьеров и связников.

В тыл врага было направлено свыше двух тысяч оперативных групп. Их численность достигала от 14 до 20 тысяч человек - целый корпус спецназначения! Двадцать три его офицера получили в годы войны высшую награду СССР - звание Героя Советского Союза.

Отдача от их работы была столь значительной, что ключевые советские военачальники маршалы Г. К. Жуков и К. К. Рокоссовский специально обращались в НКВД с просьбой о выделении им отрядов 4-го управления для поддержки операций Красной армии в Белоруссии и Польше.

По данным П. А. Судоплатова, зафронтовые формирования 4-го Управления НКВД уничтожили за годы войны почти 160 тысяч солдат вермахта, ликвидировали свыше двух тысяч агентурных групп противника.

Особой задачей наших разведчиков и диверсантов считались устрашение предателей, коллаборационистов и террор против высокопоставленных функционеров оккупационной администрации на местах. За годы войны были ликвидированы 90 высших немецких чиновников.

На счету одних лишь "Победителей" - 11 генералов и высших государственных чиновников фашистской Германии. Это генерал Даргель - первый заместитель имперского комиссара Украины Коха по политическим вопросам, генерал фон Ильген - командующий карательными войсками на Украине, оберфюрер СС Функ - председатель верховного суда на оккупированной Украине, вице-губернатор Галиции - Бауэр и другие.

Николай Кузнецов - разведчик и диверсант

Отряд "Победители" связан также с именем выдающегося советского разведчика Николая Ивановича Кузнецова. Он блестяще знал немецкий благодаря двум обстоятельствам - месту рождения и способностям. Дело в том, что в его родной деревне Зырянка Пермской губернии жило много немцев. Именно от них Николай с юности и научился беглой и свободной немецкой речи. Его привлекло к работе местное НКВД и в 1939 году направило в Москву на учёбу.

Ему первому удалось выйти на людей диверсанта № 1 гитлеровской Германии Отто Скорцени. Кузнецов установил, что группы немецких диверсантов ведут на западе Украины какие-то тренировки. Оказалось, что велась подготовка к уничтожению лидеров стран антигитлеровской коалиции - СССР, США и Британии - на конференции "большой тройки" в Тегеране глубокой осенью 1943-го. Диверсанты Скорцени находились около Винницы, где действовал отряд Медведева. Николай Кузнецов под видом оберлейтенанта вермахта установил дружеские отношения с офицером немецкой спецслужбы Остером, как раз занятым поиском людей, имевших опыт борьбы с русскими партизанами. Эти люди нужны были ему для операции против высшего советского командования. Задолжав Кузнецову, Остер предложил расплатиться с ним иранскими коврами, которые собирался привезти в Винницу из деловой поездки в Тегеран. Это сообщение, немедленно переданное в Москву, совпало с информацией из других источников и помогло советским спецслужбам предотвратить акции в Тегеране против "большой тройки".

Кузнецов лично ликвидировал нескольких губернаторов немецкой администрации в Галиции. Эти акты возмездия организаторам террора против советских граждан были совершены средь бела дня во Львове и Ровно с невиданной дерзостью. Одетый в немецкую форму Кузнецов обычно прямо подходил к противнику, объявлял ему о смертном приговоре и стрелял в упор. Каждая тщательно подготовленная акция такого рода страховалась боевой группой поддержки. Однажды его принимал помощник Гитлера гауляйтер Эрих Кох, глава администрации Польши и Галиции.

Кузнецов должен был убить его. Но когда Кох сказал Кузнецову, чтобы тот как можно скорее возвращался в свою часть, потому что возле Курска должно начаться крупное наступление в ближайшие десять дней, Кузнецов принял решение не убивать Коха, чтобы иметь возможность незамедлительно вернуться к Медведеву и передать экстренное сообщение в Москву.

По заданию Ставки информация о подготовке немцами стратегической наступательной операции на Курской дуге была перепроверена и подтверждена по другим каналам разведки.

Документы для работы в немецком тылу для Кузнецова делались в особом подразделении НКВД. Одним из молодых сотрудников этого подразделения был Павел Георгиевич Громушкин, который и подготовил Николаю Ивановичу Кузнецову документы, прошедшие свыше ста проверок гестаповцев.

Погиб Кузнецов весной 1944-го, пытаясь пересечь линию фронта для встречи с частями Красной армии. Он вместе с малой группой попал в лапы бендеровцев возле Львова. Кузнецов подорвал себя ручной гранатой. После победы в архивах гестапо нашли телеграмму, в которой бендеровцы сообщали гестапо о захвате группы офицеров Красной армии, один из которых был одет в немецкую форму. Они передали немцам поддельные документы на имя обер-лейтенанта Пауля Зиберта и часть доклада Кузнецова в Центр с сообщением подробностей уничтожения высокопоставленных немецких представителей на Украине. Посмертно Николаю Ивановичу было присвоено звание Героя Советского Союза.

Итоги и развитие партизанского движения к концу войны

Летом 1944-го обстановка на фронте радикально изменилась в пользу Красной армии. Была разгромлена группа армий "Центр" - ключевая группировка фашистов. Немцы под мощнейшими ударами наших войск только отступали и латали дыры в боевых порядках своих поредевших дивизий. "Обычных" партизан и их отряды начали расформировывать, а людей направлять на пополнение действующих частей нашей армии. Но "спецпартизаны" продолжили свой боевой путь и за пределами СССР - в странах Восточной Европы. Там на них легли новые специальные задачи: диверсии на стратегических коммуникациях немцев, а также консолидация и управление силами местных антифашистских партизан.

Текст: Александр Коршунов, историк. Журнал "Родина"